о проекте | карта сайта | на главную

СОВЕТСКИЙ СОЮЗ

 Как в природе, так и в государстве, легче изменить
сразу многое, чем что-то одно.

Фрэнсис Бэкон

взлет сверхдержавы

IV. Эвакуационное планирование (1923–1928 гг.)

1. Эвакуационное планирование до начала работ над эвакуационным планом 1928 года

Основные идеи эвакуационного планирования были выражены в положении СТО{137} «О вывозе из угрожаемых неприятелем районов ценного имущества, учреждений, предприятий и людского контингента» от 3 августа 1923 г. и принятом СТО 13 августа 1924 г. «Положении о вывозе и сроках эвакуации и разгрузки».

Некоторые пункты этих документов вызывали серьезные возражения у специалистов Военного бюро Госплана и Штаба РККА. Согласно «Положению о вывозе и сроках эвакуации и разгрузки», автоматической эвакуации подлежала вся приграничная полоса, независимо от военной ситуации. К примеру, в случае войны с Румынией приходилось эвакуировать территории, граничащие с Финляндией
{138}. В связи с этим начальник Оперативного управления Штаба РККА В. К. Триандафиллов весной 1925 г предлагал разбить угрожаемые зоны на районы, с тем чтобы Штаб РККА мог давать указания о начале мобилизации в том или ином районе, в зависимости от обстановки на ТВД
{139}. Это предложение было отклонено как преждевременное ввиду отсутствия детально разработанных оперативных и мобилизационных планов войны на западе
{140}. Разбивка угрожаемой зоны осуществилась только весной 1927 г.

Созданием плана эвакуации занимался Центральный мобилизационный отдел НКПС
{141}. В его основу легли заявки наркоматов об объемах и направлениях перевозок, которые корректировались в НКПС, исходя из транспортных возможностей. Первый эвакуационный план, разработанный Центральным мобилизационным отделом НКПС, был утвержден 7 мая 1926 г. на заседании Центрального межведомственного мобилизационного комитета (ЦММК)
{142}. Одновременно было принято решение о ежегодной корректировке плана на основе уточненных данных наркоматов.

В 1927 г. в методику составления эвакуационного плана были внесены изменения с учетом следующих предложений Штаба РККА:

— разрабатывать план вывоза из 1-й
{143} зоны западной приграничной полосы в порядке эвакуации и из 2-й зоны в порядке разгрузки, руководствуясь новым постановлением СТО о зонах и корректированными заявками наркоматов по состоянию на 1 октября 1926 г.;


— разработать план вывоза из городов Ленинграда и Киева;
— всем наркоматам собрать сведения по вывозу из 2-й зоны в порядке эвакуации и 3-й зоны в порядке разгрузки. Соответствующие заявки наркоматы обязаны были предоставить в НКПС к 15 мая 1927 г. Для этих зон должен был составляться ориентировочный план вывоза на случай неблагоприятного хода боевых действий.

На основании корректированных заявок наркоматов НКПС разработал план вывоза из 1-й зоны в порядке эвакуации и из 2-й зоны в порядке разгрузки. Этому плану, утвержденному ЦММК 3 марта 1927 г., было присвоено наименование «План эвакоперевозок 1927 года». Он был увязан с заданием на воинские перевозки, согласно новому мобилизационному плану Красной Армии 5-з 1926 г.

Для вывоза ценного имущества и людского контингента по «Плану эвакоперевозок 1927 года» предоставлялось 15 783 вагона. В случаях, когда погрузочные платформы могли быть заняты под погрузку и выгрузку войск, обеспечивалось заполнение этих вагонов непосредственно с земли. Заявки наркоматов по Северо-Западной области и Белоруссии в ходе составления плана были удовлетворены полностью (необходимые сокращения произведены НКПС по согласованию с заинтересованными наркоматами). На Украине, вследствие массовых воинских перевозок и больших заявок ведомств, объем эвакуации людей и ценных объектов был значительно сокращен. Вывоз мог быть осуществлен только по истечении отведенных на него сроков. Недостаток транспорта объяснялся следующими причинами: слабой работой дорог угрожаемого района в мирное время и, следовательно, их небольшой провозной и пропускной способностью; огромными заявками НКВМ
{144} на воинские перевозки, совпадающие со сроками вывоза; физической невозможностью в первые дни мобилизации подогнать из тыла «порожняк» к пунктам погрузки эвакогрузов. Особенно жесткому сокращению подверглись заявки на эвакуацию из Одессы из-за слабой пропускной способности участка Одесса — Помощная и большого числа воинских перевозок. Заявки наркоматов по Одессе были удовлетворены лишь на 25%
{145}.

Эвакогрузы из угрожаемых зон по плану 1927 г. направлялись на выбранные наркоматами места. Относительно разгрузочной способности станций в пунктах, намеченных под базы эвакуации, проблем не возникало. Отдельный план эвакуационных баз для плана 1927 г. не разрабатывался
{146}».

Согласно «Правилам о порядке финансирования учреждений на нужды вывоза», утвержденным СТО 22 июня 1925 г., на НКФин
{147} была возложена обязанность разрабатывать смету на нужды вывоза. По плану 1926 г., как и по плану 1927 г., такая смета отсутствовала
{148}.

После утверждения эвакуационного плана 1927 г. сразу же началась работа по его корректировке и разработке на его основе нового плана.

2. Эвакуационный план 1928 года

В ходе эвакуационного планирования возникала необходимость отслеживать экономическое развитие угрожаемых районов и баз эвакуации, увязывать план эвакуационных перевозок с военными планами: мобилизационным, графиком воинских перевозок, планом стратегического развертывания. Показатели этих планов не только влияли на общий объем перевозок в начальный период войны, но и уточняли перечень подверженных угрозе оккупации местностей и сроки их эвакуации.

Эвакуационный план 1928 г. разрабатывался на базе нового «Положения о зонах, угрожаемых неприятелем, и срокам их разгрузки и эвакуации», утвержденного СТО 29 апреля 1927 г. По этому положению, границы территорий, которые могли подвергнуться захвату противником, были уточнены по границам соответствующих единиц административного деления Союза. Это давало четкие ориентиры наркоматам для составления своих планов вывоза. До этого границы зон определялись условными линиями, что вызывало целый ряд недоразумений. Теперь приграничная полоса была разделена на сектора, для того чтобы вывоз производился не по всей полосе, а лишь из пределов того сектора, которому будет непосредственно угрожать опасность. Вместо пятидневного срока вывоза для некоторых участков с низкой пропускной способностью железных дорог были введены большие сроки
{149}.

Согласно постановлению РЗ СТО
{150} от 20 августа 1927 г., новый эвакуационный план вводился в действие не позже 1 мая 1928 г.
{151}. Его составление было также возложено на Центральный мобилизационный отдел НКПС (ЦМО НКПС), который собирал заявки по эвакуации, поступавшие от ведомств, и координировал их с возможностями транспорта. Для улучшения работ наркоматов по составлению ведомственных планов 1928 г. НКПС, по согласованию со Штабом РККА, создал «Наставление по разработке эвакоплана» и «Образцовый эвакоплан» с приложением образцов всех форм. Агентами НКПС был проведен инструктаж клиентуры по порядку составления эвакопланов
{152}. В свою очередь, Мобилизационный отдел НКВД РСФСР (МО НКВД РСФСР) занимался составлением плана баз эвакуации. Разработка плана финансирования эвакуации находилась в ведении НКФина. Взаимное согласование было очень сложным, поскольку не существовало единого органа, оперативно координирующего работу отдельных ведомств.

НКПС, НКВД РСФСР и НКФин основывались на заявках ведомств. Правом самостоятельного представления заявок обладали: ВСНХ, НКВМ, НКТорг
{153}, НКПС, НКПиГ
{154}, НКФин, НКВД, НКЗем, НКЗдрав, Госбанк, Центросоюз, Штаб войск ОГПУ, Штаб войск конвойной стражи
{155}. Задача по взаимной увязке заявок разных ведомств могла быть решена НКПС только механическим урезанием объема вагонов, необходимых для перевозки людей и грузов. Оценить важность эвакуации предприятия и рациональность выбора места размещения эвакуированных людей и грузов специалисты НКПС просто не могли. На это обращалось внимание уже в ходе составления нового эвакуационного плана. Так, в докладе в РЗ СТО от 22 июля 1927 г. Реввоенсовет указывал на отсутствие увязки ведомственных эвакуационных заявок с точки зрения интересов народного хозяйства. Центральный мобилизационный отдел НКПС, по мнению Реввоенсовета, не был авторитетным арбитром в вопросах целесообразности эвакуации того или иного предприятия или учреждения. РВС отмечал необходимость придавать особое значение рациональному использованию эвакуируемого имущества. В связи с выпадением из производственного процесса значительной группы промышленных предприятий РВС настаивал на немедленном разрешении вопроса о том, в какой степени вывоз должен коснуться фабрик и заводов: эвакуировать ли их оборудование полностью или только важнейшие части
{156}. В свою очередь, НКПС предлагал возложить решение этих проблем на Штаб РККА и его местные органы
{157}. Вопросы совершенствования системы эвакуационного планирования так и остались на уровне предложений, значительные изменения произошли уже после утверждения эвакуационного плана 1928 г.

Составленный на основе ведомственных заявок план был передан на утверждение РЗ СТО 27 декабря 1927 г. Практически все перевозки по эвакуации осуществлялись железнодорожным транспортом, небольшая доля грузов вывозилась из Одессы по воде с дальнейшей доставкой к эвакобазам по железной дороге. Территория угрожаемых районов разделялась на сектора: Северный, Белорусский, Украинский, Крымский, Северо-Кавказский. Сохранялось деление приграничной полосы на зоны. Эвакуационный план 1928 г. составлялся для 1-й и 2-й зон.

Самым большим по объему вывоза был Украинский сектор (45% от всех перевозок). Вывоз должен был осуществляться по Юго-западной, Московско-Киевско-Воронежской, Екатерининской, а также Южной железным дорогам. В период навигации часть эвакуационных перевозок из Одессы (10 830 человек и 17 5б1 т грузов) предусматривалось осуществить водным путем через Николаев, Херсон с последующей перевозкой по железной дороге. Недостаточная обеспеченность транспортом вызвала необходимость серьезно сократить заявки ведомств, был удовлетворен лишь 61% заявок.

На Белорусский сектор приходилось 22,4% всех перевозок. Они осуществлялись по Московско-Белорусско-Балтийской и Западной железным дорогам. Заявки ведомств были удовлетворены на 94,3%.

По Северному сектору (15,7% от всех перевозок) имелся наибольший процент удовлетворения заявок ведомств — 94,4%, но вызвано это было не хорошим развитием транспортных коммуникаций, которыми располагал сектор (Мурманская, Октябрьская, Северо-западная железные дороги). Просто в план эвакуации не были включены очень большие по объему перевозки из Ленинграда. Вопрос эвакуации города рассматривался отдельно от общего плана эвакуации приграничной полосы
{158}.

Таблица 1. Распределение перевозок людского контингента и грузов по секторам 1-й и 2-й угрожаемых зон согласно эвакуационному плану 1928 г.

(данные рассчитаны по ГАРФ. Ф. 8418. Оп. 1. Д. 163. Л. 12-30)

Сектор

Заявлено ведомствами

Включено в план

Степень удовлетворения заявок ведомств

 

люди

грузы (т)

люди

грузы (т)

люди

грузы

Северный

42.455,0

24.803,7

40.094,0

23.414,0

94,44

94,40

Белорусский

72.066,0

38.421,1

60.803,0

32.485,2

84,37

84,55

Украинский

141.993,0

125.900,6

68.817,0

81.908,4

48,47

65,06

Крымский

37.601,0

21.662,3

11.314,0

13.075,1

30,09

60,36

Северо-Кавказский

67.415,0

33.841,0

17.176,0

16.780,0

25,48

49,58

Итого

361.530,0

244.628,7

198.204,0

167.662,7

54,82

68,54

Крымский и Северо-Кавказский сектора имели относительно небольшую долю в общем объеме перевозок, соответственно, 7,2% и 9,6%.

Процесс эвакуации по всем секторам, за исключением Северо-Кавказского, разделялся на два этапа: разгрузку и собственно эвакуацию. Под разгрузкой понимался вывоз излишнего людского контингента, грузов и оборудования без значительного нарушения работы важнейших предприятий и учреждений. Эвакуация же осуществлялась при непосредственной угрозе занятия района противником, в ходе нее проводились мероприятия по вывозу и уничтожению ценного имущества. Эвакуация производилась из первых зон всех секторов, кроме Северо-Кавказского. Всего должно было быть вывезено около 141 тыс. человек и 111 тыс. т грузов. Разгрузка проводилась из вторых зон Северного, Белорусского, Украинского, Крымского секторов и 1 -й зоны Северо-Кавказского сектора. В ходе разгрузки должно было быть вывезено около 57 тыс. человек и 57 тыс. т грузов.

Вопросами эвакуации промышленных предприятий занимался ВСНХ, его доля в общем объеме перевозок являлась наибольшей — 28,84%. Согласно «Положению о вывозе» 1923 г., целью вывоза должно было быть продолжение функционирования эвакуированных предприятий в глубине страны
{159}. Это положение было подтверждено на заседании постоянного мобилизационного совещания ВСНХ в декабре 1927 г. По принятому на этом совещании постановлению, все предприятия делились на четыре категории:

1) предприятия военной промышленности;


2) предприятия гражданской промышленности;
3) уникальные производства, не вошедшие в первые очереди;
4) все прочие предприятия.

Кроме того, в зависимости от установления сроков и норм подвижного состава, предоставляемых НКПС, надлежало прорабатывать следующие мероприятия:

а) вывоз отдельных цехов или комплектов (серий) станков, машин, аппаратов наиболее важных цехов, силовых установок, отдельных машин-уникумов, равно как и ценного сырья, материалов и фабрикатов, с обязательным использованием в базовых пунктах;


б) вывоз жизненно важных частей оборудования с предприятий, приведенных в состояние бездействия;
в) ликвидация предприятий способами, предусмотренными инструкциями, развивающими «Положения о вывозе».

При этом предприятия 1-й и 2-й категорий подлежали обязательному вывозу по одному из вариантов, а предприятия 3-й и 4-й категорий — в зависимости от наличия транспорта.

Представленный ВСНХ перечень предусматривал эвакуацию 352 предприятий. Практически все они вывозились по варианту «б» на территорию сходных по специализации предприятий внутри страны. Вывозилась готовая продукция, а также запасы сырья, жизненно важные части машин и механизмов, ценное оборудование заводских лабораторий. Вопрос возобновления производства на новом месте не рассматривался, эвакуированные части оборудования могли быть употреблены в качестве запасных
{160}. Неудовлетворительное использование вывезенного оборудования отмечалось Сектором обороны Госплана СССР как один из важнейших недостатков эвакуационного плана 1928 г. «Перенос внутрь страны для дальнейшего использования целых предприятий, цехов или серий станков ведомствами в этих эвакопланах совершенно не предусматривается. Вывозимое оборудование за редким исключением предназначено для хранения на базах для реэвакуации и в лучшем случае как запасное оборудование на родственных предприятиях»
{161}.

НКТорг отвечал за вывоз товарных запасов, находящихся на подведомственных ему складах. Полностью эвакуировалась ценная импортная продукция со складов таможен. Ширпотреб, сельхозмашины, а также экспортные товары: пенька, лен, пух вывозились в минимальных размерах. Запасы хлеба транспортировке не подлежали, а передавались в военное ведомство или, в крайнем случае, населению.

Центросоюз также вывозил товарные запасы. При этом НКПС сделал значительное сокращение заявок по вывозу мануфактуры и предметов широкого потребления «в предположении, что эти заявки при общем недостатке их в стране являются преувеличенными и составлены не по фактическому наличию, а по средней загрузке складов»
{162}.

НКЗем отвечал за вывоз ценного племенного скота, который направлялся в соответствующие совхозы по разработанному плану их использования
{163}.

НКЗдрав курировал эвакуацию ценного оборудования больниц. Оно вывозилось в ближайшие районы в целях наибольшего удовлетворения нужд армии
{164}.


Таблица 2. Распределение перевозок людского контингента и грузов по ведомствам согласно эвакуационному плану 1928 г. (данные рассчитаны по /14РФ. Ф. 3473. Оп. 7. Д. 763. Л. 72–30.)

Таблица 2. Распределение перевозок людского контингента и грузов

по ведомствам согласно эвакуационному плану 1928 г.
(данные рассчитаны по ГАРФ. Ф. 3473. Оп. 7. Д. 763. Л. 72-30.)

Ведомство

Заявлено ведомствами

Включено в план

Степень удовлетворения заявок ведомств

 

люди

грузы (т)

люди

грузы (т)

люди

грузы

Госбанк

1.142

1.096,0

1.003

940,0

87,83

85,77

НКВМ

24.761

8.920,5

17.182

7.402,9

69,39

82,99

Войска ОГПУ

5.699

1.790,6

5.446

1.760,6

95,56

98,32

ВСНХ

53.830

79.096,1

18.519

60.422,3

34,40

76,39

НКЗдрав

13.914

5.923,8

4.039

4.799,2

29,03

81,02

НКТорг

3.637

24.680,4

2.217

17.172,6

60,96

69,58

Центросоюз

4.633

17.816,4

2.382

10.406,6

51,41

58,41

НКЗем

7.272

2.971,8

4.536

2.703,5

62,38

90,97

НКВД

141.332

20.322,5

92.906

18.271,6

65,74

89,91

Ж/д транспорт

73.196

71.586,7

26.544

37.965,5

36,26

53,03

Местный транспорт

2.008

1.454,7

747

1.175,7

37,20

80,82

Водный транспорт

4.367

6.144,0

1.838

2.149,0

42,09

34,98

НКПиТ

12.18

1.076,5

7.519

1.070,5

61,69

99,44

Войска конвойной стражи

11.720

29,0

11.720

29,0

100,00

100,00

НКФин

1.550

1.674,2

1.326

1.348,2

85,55

80,53

НКТруд

280

45,5

280

45,5

100,00

100,00

Итого

361.530

244.628,7

198.204,0

167.662,7

54,82

68,53

Финансирование мероприятий по вывозу осуществлялось на основе разработанного НКФином плана. Общая сумма, выделенная на обеспечение эвакуационных перевозок, составляла 15 933 641 р. (без учета затрат на эвакуацию Ленинграда). НКВД выделялось 4 705 551 р., НКЗдраву — 629 452 р., НКЗему — 596 819 р., НКПиТ — 384 222 р., НКПС — 4 304 223 р., НКТ -64 458 р., ВСНХ — 2 900 506 р., НКВМ — 2 119 650 р. Часть расходов на эвакуацию покрывалась за счет самих вывозимых организаций. Это касалось кооперативных предприятий и кредитных учреждений, торговых и промышленных предприятий местного значения
{166}.

При составлении плана 1928 г. был введен новый элемент эвакуационного планирования. Им стал разработанный Мобилизационным отделом НКВД РСФСР «Сводный план баз эвакуации и размещения в них объектов, подлежащих вывозу из угрожаемых местностей Европейской части Союза СССР». В основу плана легли сведения НКПС по проекту эвакуационного плана 1928 г., заявки ведомств на вывоз с указанием баз эвакуации и способа размещения в них объектов вывоза. Причем НКПиТ, НКВД УССР, НКВД БССР не представили своевременно своих заявок, и данные по их перевозкам были получены из НКПС.

Выбор мест размещения возлагался на сами ведомства, составлявшие заявки. При этом все ведомства, кроме НКВД, руководствовались следующим принципом: «Базы эвакуации промышленных и иных предприятий, заведений и учреждений, требующих для своего размещения или продолжения деятельности особых местных условий, как то: наличия предприятий одноименной промышленности или ведомственных складочных помещений, либо условий экономических, климатических и др., — избираются соответствующими наркоматами на территории всей безопасной зоны СССР»
{167} .

В отношении организаций, вывозимых по линии НКВД, действовал другой принцип размещения: базы эвакуации учреждений и заведений, связанных по своей работе с деятельностью местного исполкома и не требующих наличия особых условий, указанных выше, избираются, по возможности, в том же районе, где размещается исполком. За такими предприятиями и учреждениями были закреплены определенные территории
{168}:

Для Белорусской ССР: 4 восточных уезда Калужской губернии, Тульская, Рязанская губернии, 5 уездов Московской губернии (Егорьевский, Каширский, Коломенский, Серпуховской и Орехово-Зуевский).

Для Украинской ССР: Орловская губерния, за исключением Боховского и Дмитровского уездов, Курская губерния, за исключением Рыльского и Грайворонского уездов, Воронежская губерния, за исключением Валуйского, Россошанского и Богучарского уездов, Тамбовская, Пензенская, Саратовская губернии.

Для РСФСР, исключая автономные республики: Вологодский уезд Вологодской губернии, Вятская губерния, Пер мский округ Уральской области, Ярославская, Костромская, Иваново-Вознесенская, Владимирская, Нижегородская губернии.

Для Северного Кавказа: Сталинградская губерния, Донецкий и Шахтинский округа Северо-Кавказского края, Сальский округ Северо-Кавказского края, за исключением Белоглинского, Воронцово-Александровского и Западно-Коннозаводческого районов.

Для Карельской АСР: Слободской и Котельнический уезды Вятской губернии.

Для Крымской АСР: Валуйский, Россошанский и Богучар-ский уезды Воронежской губернии
{169}.

Свободный выбор мест размещения привел к тому, что ведомства предпочитали выбирать наиболее престижную Московскую губернию и саму Москву. В результате этот регион стал лидером по объему планируемых к размещению грузов и людей. Здесь предполагалось разместить 14105 человек и 33130 т грузов, из них непосредственно в Москве 12 185 человек и 25 042,5 т грузов
{170}. Мобилизационный отдел НКВД не считал целесообразным преимущественное размещение грузов и людей в регионе, «где жилищный кризис достигает в настоящее время наибольшей остроты по сравнению с другими районами, а при мобилизации в военное время в упомянутом районе сосредотачиваются формируемые части и намечено водворение военнопленных в целях использования их труда в промышленности; движение беженцев также отразится на этом районе и часть их в нем осядет, так как война неминуемо пройдет через этот район. Кроме того, центрально-промышленный район является потребляющим в продовольственном отношении, где нежелательно размещение людского контингента, не связанного с производством»
{171}. Не согласны были в НКВД и с вывозом учреждений, расположенных в сельской местности: сельсоветов, медицинских, ветеринарных и агрономических пунктов, сельских школ, прокатных пунктов и проч. Мотивировалось это боязнью возникновения паники среди крестьян и сложностью доставки грузов и людей на станции погрузки
{172}. Но существующий порядок составления плана размещения не позволял НКВД вносить изменения ни в перечень предприятий и учреждений, подлежащих эвакуации, ни в список мест их размещения.

Важнейшей проблемой было и то, что план эвакуации, разработанный в НКПС, не соответствовал по объему вывоза плану размещения, составленному НКВД. По всей видимости, это произошло вследствие того, что НКПС урезал заявки ведомств, не ставя в известность НКВД РСФСР. В результате из 1-й и 2-й зон приграничной полосы по плану НКПС предполагалось вывезти 198 204 человека и 1б7 663 т грузов, в то время как НКВД планировал разместить 288 977 человек и 186 851 т грузов, эвакуированных из этих зон. Утверждение предложенного плана баз эвакуации так и не состоялось, но он дает основное представление о направлении эвакуационных перевозок по плану 1928 г. Ключевыми базами эвакуации должны были стать Московская губерния, Северо-Кавказский край, Сталинградская, Курская, Ярославская, Саратовская, Воронежская губернии, Татарская АССР и город Харьков
{173}.

Что касается предложенного НКПС плана эвакуации 1928 г., то он был утвержден на заседании РЗ СТО 15 марта 1928 г. В постановлении об утверждении плана указывались мероприятия по его вводу в действие и по совершенствованию эвакуационного планирования в будущем. НКВМ совместно с НКПС должны были донести до ведомств указания:

— о продолжительности эвакуации;


— о порядке введения в действие плана 1928 г.;
— о порядке дальнейшей проработки планов вывоза из Крыма, Северного Кавказа и 2-й зоны западной приграничной полосы.

Все наркоматы в месячный срок должны были пересмотреть свои заявки по грузам и людским контингентам, исходя из следующих соображений:

а) эвакуировать только самое ценное;


б) рабочие и служащие предприятий и организаций, обслуживающих первоочередные нужды, эвакуации не подлежат;
в) сотрудники советских, партийных и общественных учреждений и организаций, присутствие которых необходимо для поддержания нормальных условий жизни и порядка в прифронтовой полосе, эвакуируются в последнюю очередь вместе с уходом войск;
г) все советские, партийные и профсоюзные работники, подлежащие эвакуации в последнюю очередь, поступают в распоряжение РВС фронтов и армий или вышестоящих Ревкомов, которые по согласованию с соответствующими органами определяют их дальнейшее использование как вне, так и внутри армейского аппарата.

С целью увеличения гибкости эвакуации НКВМ в двухнедельный срок поручалось произвести распределение секторов 1-й зоны на отдельные районы, выделив особо важнейшие населенные пункты и отдельные объекты. Сроки и последовательность эвакуации намеченных районов, населенных пунктов и отдельных объектов устанавливались с объявлением мобилизации, в зависимости от оперативной обстановки
{174}. Такое деление приграничной полосы на отдельные районы было произведено Штабом РККА и утверждено РВС 13 июня 1928 г. (см. Приложение №1).

3. Отдельные вопросы эвакуационного планирования в СССР

3.1. Эвакуация Ленинграда

В 20-е годы Ленинград являлся важнейшим промышленным центром, продукция которого имела огромное военное значение. При этом город располагался в непосредственной близости от границы. Развитие железнодорожной сети в районе Ленинграда не соответствовало мощности его промышленности, которая до Первой мировой войны в значительной мере обеспечивалась иностранным сырьем, доставляемым по Балтийскому морю. Эти обстоятельства определяли особую важность и сложность разрешения вопроса с эвакуацией Ленинграда.

В 1925 г по указанию НКВМ НКПС приступил к формированию плана эвакуации Ленинграда и в начале 1926 г. составил сводную заявку ведомств по городу, всего на 28 847 вагонов, количество которых затем было урезано до 12 948. В таком виде план был представлен в Штаб РККА
{175}. Однако впоследствии НКПС разработал новый план, по которому объем перевозок предполагал использование около 23 тыс. вагонов. В число важнейших эвакуируемых предприятий входили заводы: «Большевик» (688 вагонов), «Красный Арсенал» (160 вагонов), «Красный Путиловец» (290 вагонов), «Красный Треугольник» (218 вагонов). Всего планировалось вывезти из Ленинграда 96 заводов, из них 61 предприятие имело мобилизационное задание, а 18 предприятий выпускали уникальную продукцию
{176}.

В Секторе обороны Госплана с большими сомнениями относились к эвакуации Ленинграда, которая «в силу транспортных и других условий военного времени представляется делом, крайне трудным вообще и особенно затрудняющим сохранение максимальной оборонной способности Ленинграда при непосредственной ему угрозе. Между тем последнее условие является основным для решения вопроса.

Кроме того, вопрос об эвакуации Ленинграда необходимо рассматривать как большую политическую, экономическую и военную проблему в целом не только для военного, но и для мирного времени — под углом заблаговременной подготовки к обороне путем мероприятий — преимущественно и главным образом мирного времени».

В частности, предлагалось осуществить:

— постепенный перенос промышленности из Ленинграда вглубь страны;


— снижение мобилизационных заявок на ленинградских предприятиях. (Справка Сектора обороны Госплана в РЗ СТО по вопросу об эвакуации гор. Ленинграда)
{177}.

Опасения Сектора обороны Госплана вполне можно понять, учитывая, что ВСНХ, как правило, планировал вывозить с предприятий только жизненно важные части машин и механизмов, что должно было привести к прекращению их работы на старом месте и не обеспечивало возобновления производственного процесса на новом.

Проанализировав ситуацию, РЗ СТО приняло решение о том, что вследствие большого политического, экономического и военного значения города и сложных транспортных условий военного периода Ленинград эвакуации не подлежит. Во время войны проводится лишь разгрузка Ленинграда, не нарушающая работоспособности его предприятий, также вывозятся важнейшие государственные ценности. Была создана должность особо уполномоченного по разгрузке Ленинграда, на которого возлагалась обязанность разработать план соответствующих мероприятий
{178}.

Отказ от эвакуации крупных промышленных предприятий Ленинграда существенно ограничил общий объем эвакуационных перевозок.

3.2. Ограничение развития производительных сил в угрожаемых районах

Неудачный опыт эвакуации периода Первой мировой и Гражданской войн, трудности, возникавшие при планировании эвакуационных мероприятий, побуждали военных и хозяйственных руководителей искать пути уменьшения числа перевозок по эвакуации без ущерба для народного хозяйства. Появилась идея переноса части производств из угрожаемой зоны, а также ограничения создания новых предприятий в приграничных районах.

В связи с этим представляет интерес переписка между НКВМ и рядом ведомств по поводу реэвакуации оборудования подковного завода, относящаяся к 1924–25 гг. В 1918 г. Петроградский подковный завод (бывший завод Поссаля) был эвакуирован. Производственное оснащение с полным комплектом инструментов погрузили на баржу и отправили на Урал. В Череповце баржа дала течь, и оборудование спустили на берег. С разрешения местных властей часть механических станков была взята для нужд местной промышленности, а остальные 50 вагонов станков в 1921 г. все же были перевезены на Урал и попали на бездействующий Юрюзанский завод. К этому времени запас подков военного образца стал подходить к концу. Завод Поссаля был отремонтирован и пущен военно-хозяйственным ведомством. Причем с самого начала восстановления было очевидно, что работать с частью оборудования нецелесообразно. Так начались поиски эвакуированного оборудования. По воспоминаниям рабочих, удалось установить, куда оно было вывезено. В самом конце 1923 г. техник Петроградского подковного завода смог попасть на Юрюзанский завод и осмотреть эвакуированные станки: они более года стояли в вагонах, затем были свалены на заводской территории и лишь зимой 1922 г. стали постепенно завозиться в помещения. На основании этих фактов НКВМ стал ходатайствовать о реэвакуации оборудования подковного завода. После обширной переписки, длившейся два года, и обсуждения этого вопроса в различных инстанциях в реэвакуации было отказано, а производство подков решено развернуть на Урале. Причем важнейшим аргументом, выдвинутым ВСНХ против реэвакуации, была «опасность с мобилизационной точки зрения сосредоточения подковного производства в Ленинграде»
{179}.

В 1926 г. вопрос о недопустимости концентрации в Ленинграде предприятий, имеющих большое оборонное значение, был поставлен уже самими военными. Они предлагали ВСНХ перенести производство треста слабого тока из Ленинграда внутрь страны. Но на это требовалось до 1 428 955 р., и в связи с недостатком средств такой перенос был признан нецелесообразным
{180}.

В период послевоенного восстановления промышленности вопрос о размещении новых производственных мощностей в угрожаемых районах не стоял так остро. Ситуация изменилась при подготовке первого пятилетнего плана. Согласно постановлению РЗ СТО от 20 августа 1927 г., наркоматы должны были приступить к вывозу из пределов 1-й зоны запасов ценного имущества, местонахождение которого в угрожаемой зоне не является необходимостью ни в мирное, ни в военное время
{181}. В июне 1928 г. РЗ СТО приняло постановление, ограничивающее строительство новых предприятий в зоне возможной оккупации и переоборудование уже существующих заводов. Подобным образом мог быть сокращен объем эвакуационных перевозок.

Разработка пятилетних планов без учета военной опасности вызывала тревогу в Секторе обороны. Председатель Сектора М. Ф. Владимирский писал в ВСНХ: «Если в общей постановке вопроса индустриализации Союза план вполне соответствует требованиям укрепления обороны, то, с другой стороны, интересы последней требуют существенных ограничений в промышленном развитии упомянутых выше районов именно в силу их уязвимости в плане военной угрозы. Особенно это относится к крупным предприятиям, трудно эвакуируемым, выход которых из производственного процесса вполне возможен в силу военной обстановки вообще и различных случайностей войны в частности»
{182}.

По мнению М. Ф. Владимирского, задача преодоления противоречий между требованиями мирного и военного времени требовала тщательного и осторожного подхода. Особую важность вопрос ограничения экономического развития угрожаемых зон приобретал в связи с разработкой проекта пятилетнего плана, предусматривающего развитие народного хозяйства в угрожаемых районах: «Последняя ориентировочная пятилетка составлялась без необходимого учета обстоятельств, могущих возникнуть во время войны в особо угрожаемых районах, как то: свертывание и уничтожение предприятий в отдельных случаях, дезорганизация работы промышленности вообще. Между тем, в 1927–29 гг. пятилеткой проектируется даже капитальное строительство в этих районах на сотни миллионов рублей. Наряду с этим следует особенно подчеркнуть, что в Ленинграде существует ряд весьма важных уникальных предприятий чисто военного и общесоюзного значения. Имеется тенденция к дальнейшему строительству предприятий такого же характера. Это еще в большей степени усложняет составление плана обороны вообще и успешное разрешение данного вопроса в частности»
{183}.

Сектором обороны Госплана был разработан ориентировочный перечень предприятий, которые не подлежат развертыванию в мирное время в приграничных районах. В него вошли 9 металлургических заводов, 8 предприятий силикатной, 6 — лесной и бумажной, 11 — кожевенной и текстильной, 8 — пищевой промышленности. Крупнейшими из них были:

Криворожский чугунно-литейный и прокатный завод, строительство которого намечалось на 1928–1927 гг. и должно было обойтись в 81 млн. р.;

Медеобрабатывающий завод возле ДнепроГЭСа стоимостью 30 млн. р., его возведение планировалось на 1931–1932гг.;

ЭТЭСТ — оборудование для сильных и слабых токов, постройка которого была запланирована в Ленинграде и требовалав!7млн. 450тыс. р.;

Архангельский целлюлозный комбинат стоимостью в 14,5 млн. р., возведение которого было намечено на 1927–1928 гг.;

Белорусский стекольный завод, строительство которого в 1927–1928 гг. должно было обойтись в 12 млн. р.
{184}

Независимо от Госплана, ВСНХ занимался разработкой своего перечня предприятий, который был представлен заинтересованным ведомствам в августе 1928 г. Промышленные объекты, постройка которых намечалась в Ленинграде, в него включены не были.


tabb
Таблица 3. Предприятия, не подлежащие развертыванию в мирное время в приграничных районах. По данным ВСНХ (РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 97. Д. 749. Л. 260–259)

Помимо этого, был составлен перечень предприятий, строительство которых в приграничных районах допускалось ВСНХ.

Таблица 3. Предприятия, не подлежащие развертыванию

в мирное время в приграничных районах.
По данным ВСНХ (РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 97. Д. 149. Л. 260-259)

Предприятие

Характер работ по плану

Обоснование

Керченский металлический завод

Постройка 2-й очереди

Одесский завод Рудмедторга

и дооборудование

Фабрика искусственного шелка в Могилеве

Новое строительство

Имеет важное оборонное значение, т.к. производство искусственного волокна связано с производством пороха

Бобруйский целлюлозно-бумажный комбинат

Новое строительство

Строительство связано с могилевской фабрикой искусственного волокна, которая должна будет потреблять 2/3 продукции комбината

Шорно-седельная фабрика на Украине

Новое строительство

Имеет важное оборонное значение, строительство должно быть перенесено на Левобережную Украину

Таблица 4. Предприятия, не подлежащие развертыванию

в мирное время в приграничных районах.
По данным ВСНХ (РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 91. Д. 149. Л. 260-259)

Предприятие

Характер работ по плану

Обоснование

Николаевский судостроительный государственный завод им. Андрэ Марти

Реконструкция

Невозможно компенсировать экономический ущерб для всей промышленности при отказе от реконструкции

Малинская бумажная фабрика

Реконструкция

Работает на украинский рынок, за исключением папиросной бумаги, производство которой в настоящее время дублируется

Завод обозных деталей в Гомеле

Новое строительство

Строится для обеспечения мобилизационной потребности армии

Государственный пробочный завод в Одессе

Реконструкция

Связан с импортным сырьем

Чесальная льнопрядильная фабрика во Пскове

Новое строительство

Постройка фабрики связана с сырьевой базой. Льняное производство во время войны не является дефицитом

Чесальная льнопрядильная фабрика в Орше

Новое строительство

В этот перечень также входили все предприятия сахарной и консервной промышленности, строительство которых планировалось в угрожаемых зонах
{185}.

Ограничение развертывания производственных мощностей в приграничных районах должно было сочетаться с установкой на ускоренное социально-экономическое развитие этих районов, поскольку на них возлагалась задача по обеспечению тыла Красной Армии в экономическом и политическом отношении. Здесь было необходимо развивать промышленность и сельское хозяйство, повышать уровень жизни населения. В качестве конкретных мер Штаб РККА предлагал произвести в приграничных районах снижение налогов, увеличить размеры кредитования населения, поощрять развитие местных промышленных производств
{186}.

3.3. Положение о вывозе 1928 года

Принятое в августе 1923 г. «Положение о вывозе» было разработано без учета опыта практической работы по эвакуационному планированию. По мере накопления опыта эвакуационного планирования нарастала необходимость в обновлении нормативной базы, прежде всего, принятия нового документа взамен Положения 1923 г. Разработка нового «Положения о вывозе» проходила в Штабе РККА и в Секторе обороны Госплана. РЗ СТО координировал работу и должен был утвердить окончательную редакцию документа.

После длительного обсуждения и корректировки «Положение о вывозе из угрожаемых неприятелем районов ценного имущества, учреждений, предприятий и людских контингентов» (Приложение №2) было утверждено 20 июля 1928 г. на заседании РЗ СТО.

Положение являлось нормативным актом и регулировало основные вопросы эвакуационной работы: порядок использования материальных ресурсов в угрожаемых районах, принципы формирования перечня объектов вывоза, порядок составления эвакуационных планов в мирное время и порядок проведения эвакуационных мероприятий в условиях войны.

Согласно Положению, непосредственно составлением плана должен был заниматься НКПС, окончательный вариант эвакуационного плана подлежал утверждению СТО. Положение предусматривало создание системы межведомственных эвакуационных совещаний (МЭС). Центральное МЭС создавалось при Штабе РККА, окружные МЭС — при штабах приграничных округов. МЭС имели полномочия по сокращению эвакуационных заявок ведомств и должны были существенно облегчить положение ЦМО НКПС, освободив его от значительной части работы по согласованию с ведомствами объемов эвакуационных перевозок.

4. Заключение

Подводя итоги работы по эвакуационной подготовке, проводившейся в нашей стране до 1929 г, нужно отметить, что, несмотря на существенные недостатки эвакуационной работы — прежде всего, значительные трудности с разработкой планов размещения и использования эвакуируемых грузов, был накоплен значительный опыт составления эвакуационных планов, отработано взаимодействие различных ведомств, создана нормативная база.

Принципиальное значение имел сам факт включения эвакуационного планирования в систему экономического планирования, причем это касалось не только планирования работы народного хозяйства в военное время, но и учета требований эвакуационного планирования при разработке перспективных планов развития производительных сил. Сопряжение эвакуационного планирования и перспективного экономического планирования не только закреплялось с помощью ненормативных актов
{187}, но и обеспечивалось вовлечением всех народнохозяйственных наркоматов и ведомств в работу по составлению эвакуационных планов.