о проекте | карта сайта | на главную

СОВЕТСКИЙ СОЮЗ

 Как в природе, так и в государстве, легче изменить
сразу многое, чем что-то одно.

Фрэнсис Бэкон

взлет сверхдержавы

II. Скрытая мобилизация: планирование мероприятий подготовительного к войне периода (1926 г.)

1. Предпосылки введения особого подготовительного к войне периода

20-е годы прошлого века были для нашей страны временем ожидания новой войны: и руководство, и огромные массы населения не только считали, что большая война с капиталистическим окружением неизбежна, но и полагали, что она может начаться в самом ближайшем будущем. На X съезде РКП(б) была принята резолюция о «Грядущей империалистической войне»{26}. Тревожные ожидания особенно усилились осенью 1923 г. в связи с революционными событиями в Германии. Весной 1926 г. в некоторых районах СССР также распространились слухи о близком столкновении
{27}.

В этих условиях политическому и военному руководству приходилось уделять большое внимание проблемам подготовки страны к войне, в особенности ее начальному периоду, в течение которого в максимально короткие сроки армия, народное хозяйство, органы государственной власти должны были перейти на режим военного времени, произвести мобилизацию. Процесс мобилизации в СССР, по сравнению с его потенциальными противниками (Польша, Румыния, страны Прибалтики и Финляндия), требовал большего времени, прежде всего, из-за значительных расстояний, на которые должны были осуществляться воинские перевозки. При этом необходимо было считаться и с тем, что объявление мобилизации первыми — до того, как это сделает противник, — будет объективно способствовать перерастанию международного кризиса в войну. Объявление же мобилизации вслед за противником вело бы к тому, что последний опередил бы СССР в ее завершении и смог начать войну в более благоприятных условиях, с самого начала захватив стратегическую инициативу. Таким образом, возникало противоречие между желанием избежать войны и стремлением достигнуть максимальной готовности к отражению агрессии.

В 20-е годы советское военное и политическое руководство считало, что армия и экономика нашей страны не готовы к ведению войны. Так, в 1926 г. М. Н. Тухачевский, выступая на Распорядительном заседании Совета Труда и Обороны
{28} с докладом «Оборона СССР», отмечал, что «наиболее вероятные противники на западной границе имеют крупные вооруженные силы, людские ресурсы, высокую пропускную способность железных дорог. Они могут рассчитывать на материальную помощь крупных капиталистических держав». При этом Тухачевский утверждал, что «наших скудных материальных боевых мобилизационных запасов едва хватит на первый период войны. В дальнейшем положение будет ухудшаться (особенно в условиях войны)». Общий же вывод доклада состоял в том, что «ни Красная Армия, ни страна к войне не готовы»
{29}. Примерно к таким же выводам пришел и И. В. Сталин в своем выступлении на пленуме ЦК ВКП(б) в феврале 1924 г.: «Если бы нам пришлось вступить в войну, нас распушили бы в пух и прах»
{30}. Подобная оценка перспектив СССР в будущем столкновении не позволяла принимать меры, практически неизбежно вызывающие перерастание международного кризиса в войну. Объявление мобилизации относилось именно к таким мерам. В то же время в условиях слабости Красной Армии начальный период будущей войны приобретал особое значение. Так, М. Н. Тухачевский в упомянутом выше докладе «Оборона СССР» подчеркивал: «...В случае благоприятного для блока развития боевых действий первого периода войны его силы могут значительно вырасти, что в связи с «западноевропейским тылом» может создать для нас непреодолимую угрозу»
{31}. Советское военное планирование было вынуждено учитывать два противоречивых требования: предотвращение войны и достижение максимально возможного уровня готовности войск в начальный период войны.

Частично разрешить это противоречие можно было с помощью введения особого подготовительного к войне периода, в течение которого мобилизационные мероприятия должны были проводиться тайно, без официального объявления мобилизации.


2. Предмобилизационное планирование в Российской империи

В Российской империи особый скрытый период мобилизации был введен в систему мобилизационного планирования незадолго до начала Первой мировой войны: 17 февраля 1913 г. было Высочайше утверждено «Положение о подготовительном к войне периоде»
{32}. Согласно этому положению, подготовительным периодом назывался этап дипломатических осложнений, предшествующий открытию военных действий. В течение этого периода должны были быть приняты необходимые меры для подготовки и обеспечения успеха мобилизации.

Начало подготовительного периода в соответствии с Положением определялось верховной властью. Координацию деятельности различных ведомств по подготовке мобилизации должно было осуществлять военное министерство.

К числу мер подготовительного периода были отнесены:

1) развитие полной производительности промышленных предприятий военного ведомства;


2) подготовка железных дорог к воинским перевозкам;
3) пополнение запасов войск и крепостей до норм военного времени;
4) снаряжение патронов для местных артиллерийских парков;
5) подготовка к мобилизации в войсковых частях;
6) принятие мер по охране пограничной полосы;
7) возвращение частей из лагерей и командировок в места постоянного расквартирования и продвижение кавалерии и передовых пехотных частей, расположенных в пограничных районах, под видом маневров в намеченные для прикрытия мобилизации и сосредоточения пункты;
8) приостановка увольнения в запас командного состава;
9) размещение частей гарнизона в пограничных крепостях в зависимости от боевых задач и снаряжение боевого комплекта огнестрельных припасов;
10) подготовка имущества, предназначенного к вывозу.

Во вторую очередь, при условии дальнейшего ухудшения дипломатических отношений, применялись меры более открытого характера:

1) выставлялась охрана железных дорог;


2) приводилось в исполнение передвижение запасов военного времени и пополнение их в районах сосредоточения армий и крепостях;
3) призывались на учебные сборы нижние чины запаса и ратники ополчения;
4) отправлялись команды для разрушения назначенных участков железных дорог;
5) устанавливались минные заграждения в приморских крепостях и производились важнейшие работы в сухопутных;
6) испытывались боевыми выстрелами установки орудий и производилась пристрелка и прочие подобного рода мероприятия местного характера
{33}.

3. Положение о подготовительном к войне периоде 1926 года

Организация военного, прежде всего, мобилизационного планирования в Красной Армии во многом была основана на опыте Российской Императорской армии. Исследование мобилизационной работы Генерального штаба Российской империи являлось одним из приоритетных направлений деятельности Управления по исследованию и использованию опыта войн Штаба РККА.

Огромная работа в этом направлении была проведена бывшим русским генералом и выдающимся советским военным историком А. М. Зайончковским. Вполне естественным являлось заимствование наработок царского Генерального штаба и в области планирования мероприятий по скрытой мобилизации. Принятие нового положения о подготовительном к войне периоде было инициировано начальником Штаба РККА М. Н.Тухачевским. В июне 1926 г. он писал председателю Реввоенсовета: «Подготовка к быстрому и планомерному переходу страны и ее вооруженных сил от положения мирного к военному составляет одну из самых сложных и ответственных задач руководящего аппарата страны и армии. Та из воюющих сторон, которая с этой задачей справится лучше, приобретет огромные преимущества перед страной, в этом отношении отстающей. Этим и объясняется стремление генеральных штабов всех стран по мере возможности сократить сроки мобилизации и развертывания вооруженных сил в боевую готовность»
{34} . В том же письме М. Н. Тухачевский обосновывал введение подготовительного к войне периода актуальностью опыта прошлого: «Установление особого подготовительного к войне периода по-прежнему является целесообразным. Для Союза ССР это мероприятие имеет особо важное значение: преимущества, которые имеют наши вероятные противники в отношении сроков боевой готовности, настоятельно требуют разгрузки периода фактической мобилизации от тех мероприятий, которые по своему характеру и степени важности могут быть проведены заблаговременно с возникновением угрозы войны. Помимо всего этого, заблаговременное и постепенное проведение подготовительных к войне мероприятий облегчит сохранение секретности при осуществлении мобилизационных работ; при этом плановое их проведение ни в какой степени не нарушит нормальной работы государственного аппарата; внезапный же переход к работам по подготовке к войне, кроме результатов сомнительного свойства, не оправдывающих затраченных средств и энергии, своей внезапностью даст вероятным противникам четкое представление о происходящем. Не подлежит сомнению, что все сказанное распространяется не только на вооруженные силы, но и на всю страну в целом»
{35}. К письму прилагался краткий перечень мероприятий, которые предполагалось произвести в подготовительный период
{36}.

На основе предложений М. Н. Тухачевского Междуведомственным мобилизационным комитетом было разработано «Положение о подготовительном к войне периоде», утвержденное Постановлением Совета Труда и Обороны от 11 августа 1926 г.
{37}.

Согласно этому Положению, подготовительный период также делился на подпериод № 1 (с момента осложнения международных отношений до момента выявления неизбежности столкновения) и подготовительный подпериод №2 (с момента выявления неизбежности столкновения до открытого объявления мобилизации). Начало каждого подпериода должно было устанавливаться Президиумом ЦИК СССР
{38}. К постановлению СТО прилагался перечень мероприятий, проводимых ведомствами в подготовительный период.

Подготовительный подпериод №1

В течение первого подпериода все ведомства должны были провести:

— проверку готовности к передаче НКВМ
{39} специалистов, ; подлежащих выделению по мобилизационному плану;


— окончательное уточнение приспособления аппарата наркоматов для работы в условиях войны;
— окончательное составление и внесение изменений и дополнений в общий мобилизационный план;
— окончательную разработку плана эвакуации прифронтовой полосы и частичную разгрузку 1 -и зоны (по особому указанию Штаба РККА);
— пересмотр очередности работ по действующей смете наркоматов с точки зрения интересов обороны
{40}.

Кроме мероприятий, перечисленных выше, необходимо было осуществить мероприятия, специфические для каждого ведомства.

ВСНХ
{41}:

— оформление мобячеек на предприятиях, где они еще не организованы, но предусмотрены;


— подготовка мероприятий по укомплектованию дополнительным персоналом заводов Военпрома, военных производств гражданской промышленности и гражданских производств, предназначенных в военное время к переходу на изготовление военных изделий;
— проверка высшего административно-технического персонала с точки зрения его преданности Советской власти (по соглашению с ОГПУ
{42});
— ускоренное выполнение гражданских заказов на производствах Военпрома, приостановка приема новых заказов; загрузка освободившихся мощностей военными заказами;
— проверка готовности к приему дополнительного оборудования для выполнения военных заказов;
— пополнение мобилизационных запасов (топлива, сырья, полуфабрикатов);
— приведение в порядок действующего и бездействующего оборудования, предназначенного к выполнению мобпрограмм;
— окончание составления плана эвакуации и проведение мероприятий, обеспечивающих его осуществление;
— проверка на местах готовности консервированных мощностей к мобразвертыванию и подготовка к развертыванию;
— изменение условий кредитования промышленности с переносом центра тяжести на нужды мобилизуемых предприятий
{43}.

НКФ
{44}:

— проверка плана развертывания военно-полевых касс;


— проверка готовности развертывания полевого финансового контроля;
— утверждение чрезвычайных смет и подготовка к открытию по ним кредитов;
— проверка готовности к открытию мобфонда;
— открытие кредитов наркоматам для проведения мероприятий в первый подпериод;
— подготовка к развертыванию производства Гознака;
— уточнение и окончательное внесение проектов законов о налогах и пошлинах во время войны;
— уточнение проектов внутренних займов;
— подготовка к проведению мероприятий по прорыву финансовой блокады;
— принятие мер по организации нахождения денежных сумм за границей;
— усиленное накопление золотого запаса и валюты;
— уточнение плана эмиссии;
— сокращение смет всего текущего бюджета;
— уточнение плана кредитования частных фирм
{45}.

НКПС
{46}:

— проверка лояльности командного состава НКПС, сотрудников, назначаемых на руководящие должности органов путей сообщения предполагаемого ТВД (по согласованию с ОГПУ);


— обследование мобилизационной готовности районов предполагаемого ТВД;
— приобретение за границей материалов и предметов, необходимых для функционирования транспорта, производство которых в СССР недостаточно или отсутствует;
— проверка наличия мобилизационных запасов;
— усиление завоза на дороги минерального топлива и смазочных масел в счет нарядов будущих месяцев;
— перемещение из 1-й и 2-й угрожаемых зон, районов угрожаемой границы подвижного состава железнодорожного, водного и местного транспорта и запасов материалов и инвентаря, за исключением необходимого по наличным размерам движения, с учетом потребности перевозок по эвакуации;
— перемещение из 1-й и 2-й угрожаемых зон всего неисправного подвижного состава, годного для восстановления и ремонта;
— проверка вместимости и исправности складочных помещений и баз в пунктах выгрузки эвакуируемых предприятий, учреждений и ценного имущества НКПС;
— частичное перемещение по плану перекомандировок подвижного состава железных дорог, имеющих таковой в резерве, на дороги, нуждающиеся в усилении подвижного состава;
— усиление работ по ремонту и строительству стратегических дорог;
— составление плана перевозок (с НКВМ) к местам постоянной дислокации воинских частей с лагерных сборов и маневров;
— оборудование выгрузочных, передаточных и базисных станций (по согласованию с НКВМ) и дополнительное устройство телефонной и телеграфной связи для нужд военного времени; приспособление железнодорожных узлов к противовоздушной обороне;
— введение ограничений к приему и отправлению за границу некоторых грузов в порядке конвенционных запрещений, а также введение ограничений при отправке морских судов в заграничное плавание
{47}.

НКТорг
{48}:

— подготовка мероприятий по усилению заготовок предметов продфуражного довольствия и предметов, товаров, сырья и фабрикатов, входящих в план снабжения НКВМ, НКПС, НКПиТ и промышленности, работающей на оборону;


— инструктирование торговых аппаратов за границей по закупкам сырья, фабрикатов, товаров и материалов по заранее составленным наркоматом планам;
— закупка первоочередного имущества (вооружение, снаряжение, оборудование и пр.), необходимого для армии и ведомств, обслуживающих армию и промышленность, работающую на оборону (осуществляется по особому указанию);
— подготовка к ликвидации торговых связей с вероятным противником и прекращение выдачи лицензий на вывоз предметов сырья и пр., имеющих отношение к обороне или усиливающих в каком-либо отношении противника;
— усиление торговли с вероятными нейтральными странами;
подготовка к реализации ценностей, находящихся на территории предполагаемого противника
{49}.

НКПиТ
{50}:

— окончательная проверка и исправление мобилизационных планов; формирование полевых почтовых учреждений и выделение личного состава специалистов для учреждений полевой почты;


— проверка состояния имущества связи, предназначенного для передачи РККА (при участии представителя ОШУ);
— переброска стационарного и линейного имущества в пункты сосредоточения;
— перегруппировка и усиление заказов на основное имущество связи и новые заготовки;
— увеличение вывоза из-за границы импортных товаров имущества связи, не изготовляемых на внутреннем рынке;
— окончательная проверка готовности радиостанций к передаче в полное и совместное использование НКВМ и НКПиТ;
— прекращение выдачи разрешений на установку радиолюбительских станций в пограничном районе (по согласованию с ОГПУ);
— проверка и окончательное уточнение абонентов телефонной сети, подлежащих выключению с объявлением мобилизации в пунктах, согласно мобилизационному плану (по согласованию с ОГПУ);
— окончательное бронирование автомобильного транспорта, лошадей и повозок;
— введение контроля и наблюдения за состоянием телеграфно-телефонных проводов в приграничном районе (по согласованию с ОГПУ);
установление надлежащими органами частичного контроля над телеграфными, телефонными, радио — и почтовыми сношениями
{51}.

НКТруд
{52}:

— внесение корректив в постановление ЦИК СССР по изменению условий и оплаты труда на предприятиях, предположенных к работе по обороне страны;


— частичное удовлетворение отдельных ведомств технической рабочей силой (по особому плану) путем перераспределения;
— проверка готовности врачебно-контрольных комиссий к работе по обслуживанию Военведа (при участии ОГПУ);
— подготовка санаториев, выделяемых по особому плану, к функциям военных госпиталей и лазаретов
{53}.

НКЗемы Союзных республик:

— проверка готовности к передаче НКВМ ветеринарных учреждений и ветеринарного имущества;


— подготовка передачи тракторов НКВМ
{54}.

НКЗдравы Союзных республик:

— подготовительные мероприятия к развертыванию санучреждений;


— частичное развертывание (по согласованию с ВСНХ) заводов по усилению производства медикаментов, дезинфекционных средств, хирургических инструментов и перевязочных материалов;
— проверка готовности путей сообщения к массовым перевозкам в санитарном отношении (при участии представителей ОГПУ);
— частичное усиление производства сывороток и вакцин;
— проверка и уточнение плана по выделению гражданских коек для нужд армии, а также подготовка к развертыванию дополнительных коек, согласно особому плану, согласованному с ВСУ РККА
{55}.

НКВД Союзных республик:

— проверка готовности к предоставлению нарочных на случай доставки телеграммы с оповещением о мобилизации;


— подготовка населенных пунктов к расквартированию войск;
— расширение деятельности распределительных комиссий в отношении разгрузки мест заключения, а в приграничной полосе, кроме того, и в отношении направления некоторых категорий заключенных из угрожаемых неприятелем районов в тыл;
— проверка и обновление данных о наличии местных транспортных средств для доставки по грунтовым дорогам грузов, эвакуируемых по плану, к пунктам погрузки;
— разработка мероприятий по проведению ударной кампании по борьбе с преступностью с одновременным уведомлением ОГПУ;
— подготовка мер к перемещению заключенных из тех мест заключения, которые могут быть обращены в лагеря для пленных;
— проверка сведений по учету объектов охраны, имеющих государственное значение: исполкомы, заводы, фабрики, водопровод, электростанции, телеграф, телефон, банки и сберкассы, театры, мосты транзитного значения, газоубежища и проч. (по согласованию с органами ОГПУ и начальниками гарнизонов);
— проверка плана расширения агентурной сети и увеличения штатов уголовных розыскных учреждений в местностях приграничных, а также прилегающих к путям вероятного движения войск;
— проверка учета иностранных подданных, установление в отношении подданных враждебных стран их места жительства и местонахождения и особого надзора за ними, не допуская выезда без специального на то разрешения (по согласованию с ОГПУ и НКИД);
— удаление в тыл подозрительного элемента из прифронтовой полосы
{56}.

Подготовительный подпериод №2 (от выявления неизбежности войны до открытого объявления мобилизации)

В течение этого периода все ведомства должны были провести:

— частичную передачу специалистов НКВМ;


— эвакуацию из 1-й угрожаемой зоны
{57}

Кроме того, ведомства должны были произвести следующие мероприятия.

ВСНХ:

Продолжается выполнение мероприятий по первому подпериоду. По второму подпериоду специальный перечень мероприятий отсутствовал, так как перестроить работу промышленности в течение нескольких дней не представлялось возможным.

НКФ:

— развертывание полевых касс;


— развертывание полевого финансового контроля;
— развертывание производства Гознака
{58}.

НКПС:

— формирование главного управления путей сообщения на ТВД, управлений путей сообщения фронта, фронтовых и головных отделов железных дорог;


— передача систематизированных материалов и мобилизационных планов органов НКПС руководителям этих органов;
— пересмотр и окончательное выяснение потребности в материалах, инвентаре и оборудовании путей сообщения, исчисление кредитов, заключение договоров на поставки и заказы по особому плану снабжения;
— сосредоточение воинских вагонных приспособлений в пунктах оборудования;
— получение от НКФ кредитов на расходы по проведению мобилизации, распределение их по местным органам НКПС и подготовка перехода на систему финансирования НКВМ в военное время;
— по указанию РВС СССР установление момента начала эвакуации 1-й угрожаемой зоны, разгрузки 2-й зоны и эвакуации отдельных районов;
— обеспечение порожним составом и паровозами районов с большим количеством подлежащих вывозу грузов;
— усиление пропускной способности на особо загруженных эвакуационными грузами участках (открытие дополнительных остановочных пунктов по воинскому графику);
— увод в тыл вагонов с экспортными грузами, находящимися в 1-й и 2-й зонах угрожаемого фронта;
— осуществление плана эвакуации наркоматов и 1-й и 2-й угрожаемых зон (по особым указаниям);
— перевозка войск к местам постоянного расквартирования с лагерных сборов и маневров;
— приостановление, в порядке конвенционных запрещений, приема к отправлению всех грузов, назначенных за границу (по угрожаемому фронту). Прекращение выпуска за границу грузов, вагонов, судов, предназначенных для передачи НКВМ;
— прекращение отправления судов в заграничное плавание (отправка по особому заданию);
— прекращение, в порядке конвенционных запрещений, приемки к отправлению в адрес 1-й и 2-й зон угрожаемого фронта грузов, подлежащих вывозу из угрожаемых местностей (за исключением грузов, последующих на основании особых распоряжений);
— прекращение приема телеграмм от частных лиц на условном и шифрованном языке внутри СССР и за границу;
— приостановка капитальных работ, ненужных в условиях военного времени;
— формирование отдельных санпоездов
{59}.

НКТорг:

— перегруппировка и частичная передача бронированных мобфондов НКВМ и сосредоточение их в пунктах, предусмотренных мобилизационным планом;


— изъятие и передача НКВМ товаров, недостаток в которых может быть у РККА с началом войны;
— приспособление товарного оборота к условиям военного времени;
— подготовка к ликвидации торгпредств и торгорганов за границей в странах вероятного противника;
— усиленный импорт товаров, требующихся в условиях военного времени;
— ликвидация торговых связей с вероятным противником;
— реализация союзных ценностей на территории вероятного противника
{60}.

НКПиТ:

— частичное формирование учреждений полевой почты (по особым указаниям);


— частичная передача Военведу стационарного телеграфного имущества в пунктах стоянки соответствующих штабов (по особым указаниям);
— частичная передача линейного имущества для развертывания войск связи Красной Армии (по особым указаниям);
— ограничение выдачи разрешений на радиолюбительские установки во внутреннем районе, частичное изъятие любительских приемных радиостанций в приграничном районе;
— ограничение международных телеграфных и телефонных сообщений;
— прекращение приема частных телеграмм на условном и кодированном языке внутри СССР и за границу;
— выключение абонентов телефонной связи по особому списку, предусмотренному мобилизационным планом;
— введение военной цензуры по всем видам телеграфных, телефонных и радиосообщений
{61}.

НКТруД:

— частичное удовлетворение ведомств технической рабочей силой (по особому плану);


— передача сети врачебно-контрольных комиссий на работу по обслуживанию нужд НКВМ (по особому плану)
{62}.

НКЗем Союзных республик:

— развертывание ветеринарных учреждений в тылу страны согласно мобилизационному плану;


— передача НКВМ тракторов согласно мобилизационному плану
{63}.

НКЗдрав Союзных республик:

— полное развертывание заводов по производству медикаментов, хирургических инструментов, перевязочных материалов, а также оборудования по производству сывороток и вакцин;


— выделение гражданских коек для нужд армии
{64}.

НКВД Союзных республик:

— прекращение отпусков лиц органов милиции и уголовного розыска;


— подготовка жилого фонда для отвода под расквартирование войск;
— частичный отвод жилого фонда для расквартирования войск;
— частичная передача НКВМ помещений для размещения штабов, учреждений, заведений и войсковых частей;
— приспособление бань, прачечных, хлебопекарен и мест заключения для использования их на нужды войны;
— частичная эвакуация учреждений из угрожаемых районов в порядке разгрузки;
— эвакуация заключенных из мест заключения, находящихся в приграничной полосе;
— закрытие мест продажи спиртных напитков;
— проведение ударной кампании по борьбе с преступностью;
— принятие под охрану важных объектов;
— освобождение мест заключения, обращение их в лагеря для пленных;
— проведение мероприятий по усилению наблюдения органов милиции за всеми убывающими и прибывающими гражданами из приграничной полосы;
— вывоз вглубь страны иностранцев — подданных враждебных стран (по согласованию с ОГПУ и НКИД);
— установление особого надзора за деятельностью всех религиозных обществ и их руководителей
{65}.

В тексте Положения о подготовительном к войне периоде не определен срок исполнения мероприятий, предусмотренных этим документом. Однако использование косвенных данных, а именно — известен срок, необходимый для перекомандировки подвижного состава с одной железной дороги на другую
{66}, позволяет утверждать, что Положение о подготовительном к войне периоде должно было быть введено, по крайней мере, за две недели до объявления мобилизации.



4. Планирование действий военного ведомства и органов государственной безопасности в подготовительный к войне период

При анализе списка мероприятий, которые должны были проводиться в подготовительный к войне период, бросается в глаза принципиальная разница между Положениями 1913 г. и 1926 г.: если Положение 1913 г. касается, прежде всего, деятельности военного ведомства, то в Положении 1926 г. деятельность военного ведомства затрагивается лишь в связи с ее координацией с деятельностью гражданских ведомств. На основании этого можно предположить, что мероприятия, проводимые по линии НКВМ в подготовительный к войне период, регламентировались особым ведомственным нормативным актом, который не требовал утверждения на межведомственном уровне. По всей видимости, мероприятия по повышению боеготовности армии в этот период в целом соответствовали мероприятиям, предусмотренным Положением о подготовительном к войне периоде 1913 г. Это предположение находит косвенные подтверждения в практике последующего мобилизационного планирования. Так, в мобилизационном плане на 1941 г. предусмотрено проведение мобилизации «скрытым порядком, в порядке так называемых «Больших учебных сборов (БУС)»
{67}. Именно под видом учебных сборов должна была происходить скрытая мобилизация резервистов, согласно Положению о подготовительном к войне периоде 1913 г.
{68}. На основе анализа перечня мероприятий, проводимых гражданскими наркоматами и ведомствами, также возможно установить и ряд мероприятий, которые должны были проводиться по линии НКВМ. Так, исходя из перечня мероприятий, проводимых по линии НКПС, можно заключить, что в подготовительный к войне период НКВМ должен был вернуть к местам постоянной дислокации части с лагерных сборов и маневров. Аналогичное перемещение войск предусматривалось и Положением 1913 г.
{69}. Тем же методом можно установить, что во второй подпериод подготовительного к войне периода НКВМ должен был осуществить скрытую мобилизацию ряда специалистов из гражданских наркоматов и ведомств
{70}. Это служит еще одним косвенным подтверждением того, что НКВМ планировал провести частичную мобилизацию резервистов еще до официального объявления мобилизации.

Во многом по аналогии с военным ведомством складывалась ситуация и с планированием деятельности ОГПУ в подготовительный к войне период. В Положении 1926 г. отсутствует отдельный список мероприятий, проводимых по линии ОГПУ. В то же время ОГПУ неоднократно упоминается в связи с теми мероприятиями, которое оно должно осуществлять совместно с другими наркоматами и ведомствами: проверка на лояльность персонала различных ведомств, действия по обеспечению сокрытия от противника проводимых мобилизационных мероприятий. Это позволяет предположить, что деятельность ОГПУ в подготовительный к войне период должна была регулироваться особым нормативным актом. Предположения относительно характера деятельности ОГПУ в этот период можно сделать, основываясь на содержании Положений о подготовительном к войне периоде 1913 и 1926 гг. Согласно Положению 1926 г., ОГПУ должно было произвести проверку на лояльность ряда сотрудников других ведомств, составить список телефонных абонентов, подлежащих отключению с объявлением мобилизации, провести ряд других мероприятий, обеспечивающих проведение мобилизации.

В мероприятиях по обеспечению государственной безопасности в подготовительный к войне период также наблюдается преемственность по отношению к мобилизационному планированию Российской империи. Согласно Положению 1913 г., начальники жандармских управлений, исправники и начальники уездов должны были по получении телеграммы о вводе в действие подготовительного к войне периода начать кампанию по аресту лиц, подозреваемых в шпионаже. На МВД также возлагалась обязанность предотвращения забастовок и диверсий на предприятиях, выпускающих военную продукцию. Вряд ли есть основания предполагать, что арест лиц, подозреваемых в шпионаже, был в 20-е годы исключен из числа мероприятий подготовительного к войне периода. Аресты, высылки и другие репрессивные меры, проводимые по линии органов государственной безопасности, могли быть обусловлены положением военной доктрины о классовом характере будущей войны.

Здесь необходимо подчеркнуть, что в соответствии с советской военной доктриной классовый характер будущей войны не сводился к ожиданию восстаний и забастовок пролетариев в странах, воюющих с СССР. В ходе грядущей войны борьба должна была начаться и в советском тылу. Так, согласно вводной военно-экономической игре, проходившей в 1930 г. на Курсах усовершенствования высшего начальствующего состава, с объявлением мобилизации в приграничном Витебском округе складывалась следующая обстановка: «Антисоветские элементы перешли в отдельных случаях к открытому вредительству и индивидуальным выступлениям против коммунистов и советских работников, имеются случаи террористических актов против ответработников»
{71}.

Двойственный характер классовой войны нашел свое отражение и в военном искусстве того времени. В частности, в учебнике тактики, изданном в 1927 г., наряду с вопросами организации вооруженного восстания разбирались и вопросы подавления вооруженного восстания как в сельской местности, так и в городе, причем особенности боев в городе разбирались на примере Москвы
{72}. Такой подход был во многом обоснован опытом социальной дестабилизации России в ходе Первой мировой войны, перерастанием межгосударственной войны в гражданскую, в ходе которой также происходили многочисленные восстания в тылу воюющих сторон. В 20-е годы ситуация дополнительно усугублялась вероятностью выступления против СССР различных белогвардейских и националистических формирований. Согласно сведениям Разведывательного управления Штаба РККА, в ходе войны против СССР могло быть использовано от 60 до 150 тыс. белогвардейцев. «Объектами выступления белогвардейцев намечаются Украина, Кавказ и Дальний Восток, причем подготовка диверсионных выступлений ведется параллельно с подготовкой внутренних восстаний на нашей территории, с тем расчетом, что с началом восстания белогвардейские отряды будут брошены на соответствующую территорию»
{73}.

С учетом вышесказанного трудно допустить возможность того, что кампания по проведению репрессивных акций в подготовительный к войне период была предусмотрена лишь по линии милиции
{74}. Напротив, есть сведения, что в последующие годы проводилось планирование «изъятия неблагонадежных лиц» как одного из мобилизационных мероприятий. Так, в 1932 г. начальник Транспортного отдела ОГПУ (ТООГПУ) Прохоров в докладе о состоянии мобилизационной подготовки железнодорожного транспорта отмечал: «С объявлением мобилизации в порядке оперативных мероприятий ТООГПУ подлежат немедленному изъятию с дорог около 2.500 человек, из коих значительная часть непосредственно связанных с движением поездов. Изъятие такого количества лиц, естественно, отразится на работе жел. дорог в мобпериод, оставление же их на транспорте может быть чревато нежелательными последствиями
{75}». В связи с этим обстоятельством начальник ТООГПУ предлагал завершить в ближайшее время чистку приграничных железных дорог
{76}.

Таким образом, можно проследить, как планирование изъятия неблагонадежных лиц в связи с проведением мобилизации закономерно породило стремление произвести это еще в мирное время, задолго до возникновения реальной угрозы войны. И если в 1932 г. чистка подразумевала в большинстве случаев увольнение, ограничение в правах, высылку, то во второй половине 30-х годов ситуация резко изменилась. Возможно, списки неблагонадежных, составленные органами госбезопасности на случай мобилизации и подготовительного периода, были использованы при проведении массовых арестов в ходе плановых репрессивных кампаний 1937–38 гг. по изъятию неблагонадежных лиц
{77}. К ним, в частности, были отнесены немцы, работающие на предприятиях военной промышленности и железных дорогах
{78}. Имеющиеся данные пока не позволяют с уверенностью судить ни о принципах, по которым планировалось изъятие неблагонадежных лиц в подготовительный период и в период проведения мобилизации, ни о влиянии, которое оказало это планирование на проведение массовых репрессий в 30-е годы. Однако исследования в этом направлении представляют значительный интерес.


5. Заключение

На примере «Положения о подготовительном к войне периоде» можно проследить преемственность мобилизационного планирования Российской империи и СССР. Сходство Положений 1913 и 1926 гг. прослеживается не только в принципах построения мобилизационной работы. Оно нашло отражение и в перечнях проводимых мероприятий и даже в полностью идентичном заглавии обоих документов: «Положение о подготовительном к войне периоде». В то же время между этими документами есть и существенные различия, которые обусловлены, прежде всего, разными военными доктринами, на основе которых были составлены эти документы. Советская военная доктрина предполагала подготовку к длительной войне с напряжением всех сил, вовлекающей в борьбу не только вооруженный фронт, но и всю страну. С учетом требований военной доктрины, планирование мероприятий подготовительного к войне периода регулировалось комплексом документов, согласно которым в этот период должно было начаться исполнение системы планов по переводу страны в режим военного времени: плана мобилизации вооруженных сил, эвакуационного плана, народнохозяйственного мобилизационного плана, возможно, также и плана действий органов государственной безопасности по обеспечению мобилизационных и предмобилизационных мероприятий. Ряд проблем, касающихся подготовительного к войне периода, освещен пока недостаточно. Это в первую очередь относится к вопросам планирования деятельности военного ведомства и органов государственной безопасности в данный период. Также остается открытым вопрос о том, как после 1926 г. происходило планирование мероприятий подготовительного периода. Особенно большое значение этот вопрос имеет для понимания событий весны-лета 1941 г. Немалый интерес представляет и изучение планирования деятельности органов государственной безопасности по обеспечению мобилизационных мероприятий. Возможно, изучение этого вопроса поможет пролить свет и на события, на первый взгляд весьма далекие от мобилизационного планирования, в том числе и на некоторые аспекты репрессивной политики государства в 20–30-е годы.